Интервью с CEO «Криорус»

Поговорили с Валерией Удаловой, главой «Криорус», о великих открытиях анабиоза, о связи крионики и блокчейна, об ICO и о многом другом.

История анабиоза и великие прорывы

Анабиоз бывает двух типов–замораживание и высушивание. И хотя высушивание – это остановление жизни клетки, некоторые из них можно обратно оживить, вплоть до того, что в Институте биофизики клетки в Пущино оживили семечко растения, которое пролежало в вечной мерзлоте 30 тысяч лет. Конечно, они не в прямом смысле это в водичку поставили – без генной инженерии не обошлось, но восстановили. Но мы говорим о замораживании.

1929-й, 1935-й год… Сначала замораживали всё. Казалось, что это так просто: «давайте ногу заморозим от трупа или ещё что-нибудь». В результате они научились замораживать маленькие элементы. Сейчас, конечно же, у нас школьники пишут «а как заморозить клетку» на лабораторной работе – вот, пожалуйста, инструкция…. Маленькие кусочки тканей яичника (если у женщины рак и так далее – тоже замораживаются.

Идея, чтобы заморозить что-нибудь большое и масштабное, например, человека, все равно жила в умах учёных. Например, известный геронтолог Лев Комаров в 1948 году учился замораживать уши кролика. Садист, конечно, но что-то у него там получалось.

В 2005 году был прорыв – эксперимент по пересадке почки кролика. Взяли почку кролика, специальная витрификация, это медицина 21 века, Соединенные Штаты, специальный метод с помощью криопротектора, заморозили почку кролика до жидкого азота на недельку, разморозили по правильной технологии, отмывая, разогревая, пришили, он жил на этом месяц. Это 2005 год! Потом не получалось повторить эксперимент, он очень сложный был с точки зрения микрохирургии.

А с 2013 года каждый год идут открытия. 2013 год – идеальная заморозка печени свиньи. Это большой объект. Идеальная заморозка с помощью так называемой персуффляции с инертными газами, то есть когда вводится криопротектор (он выбирается всегда, это специальная жидкость), то есть туда вводили еще жидкий гелий одновременно и получалась очень скоростная заморозка. Правда, не разморозили. Это компания Arigos Biomedical, тоже Соединенные Штаты, тоже с ними дружим.

2014 год, другая группа. Всегда же, когда пристают к «Крионике», спрашивают: «ну даже если вы заморозите человека, а вдруг он там зомби, ничего не помнит»… Чтобы показать сохранение памяти, взяли нематод – червячков. Нематоды выдерживают (из-за того, что маленькие) замораживание в жидком азоте и обратно, при этом нематоды имеют свойство обучаться прохождению лабиринта. В общем, взяли две группы. Одна умела проходить лабиринт, другая нет. Заморозили их до жидкого азота. И вот те, кто умели проходить лабиринт до заморозки – после разморозки не забыли. Это впервые продемонстрировало, что память может сохраняться при обратимой заморозке.

Дальше. Имело место идеальное сохранения мозга кролика – это, по-моему, уже 2015 год – но опять-таки разморозить не смогли. Однако они идеально сохранили с помощью витрификации, но с добавлением некоторых химагентов, и под микроскопом проверили нейронные связи. Хотя все связи нейронов сохраненились идеально, разморозить мозг тоже не могли.

Прорыв случился в марте 2017 года – было шоу. Если бы меня спросили в феврале, когда будет обратимая заморозка чего-нибудь крупного, я бы сказала – лет через десять, самое раннее. И 3 марта я иду на форум по коммерческой космонавтике. Космонавты интересуются обратимой заморозкой, анабиозом… ещё Королев это делал, но не успел, умер, у него лаборатория была по обратимому гипобиозу, чтобы космонавта загрузил там – и еды не надо, воздуха не надо, они спят в анабиозе и летят на Марс, но не успели они, как он умер – закрыли это. Меня приглашают как раз на освоение дальних планет, выезжаю, открываю ленту новостей (я мониторю все криологические новости мира) и смотрю: выходит интереснейшая научная статья. Эксперимент в Университете Миннесоты. Раньше при в криопротектор добавляли специальные наночастицы (диоксид золота с чем-то, ужасно дорогие), при разогревании сделали переменное магнитное поле, а они, наночастицы, везде проникают с криопротектором… и при очень быстром разогревании они достигли скорости около 100 градусов в минуту, что оказалось совершенно достаточно для того, чтобы идеально отогреть. Хотя у нас такой эксперимент был прописан, но денег не было! И вот они выпустили эту статью 1 марта, я иду на этот форум, у меня ученые все рыдают, потому что все они хотели сделать это, но у них не было ресурсов. Фактически это статья века. Научная статья очень подробная, мы понимаем, как это делать, но эти наночастицы… 100 тысяч долларов стоил этот эксперимент, у нас таких денег не было никогда.

Мы готовы, мы рвемся в бой. И теперь уже вопрос обратимой заморозки органов – это вопрос чисто технический. То есть мы проводим эксперименты, наночастицы ищем подешевле, очень много, целый пласт экспериментов, потому что целого человека за такие цены не крионируешь. Сейчас вопрос обратимой заморозки органов – это вопрос десяти лет активной, огромной работы. Но концепция достигнута.

Миссия

Для чего же замораживать людей? Замораживать людей нужно для того, чтобы они не умирали. Было бы здорово, если неизлечимо больных мы заморозили при жизни (в последнюю секунду жизни, например) и храним. Храним 50 лет, 100 лет. За это время медицина развивается, потом его размораживают, излечивают, даже омолаживают – и пожалуйста, живи. Концепция очень понятная, она в фильмах всяких фантастических была. И мы собираемся делать это! Потому что, например, когда я была маленькая, любой рак (первой ли степени, второй) – это всегда был приговор. Сейчас 50% случаев вылечиваются – медицина продолжит развиваться. У нас глубоко гуманные цели. Проблема в том, что люди умирают. С этим надо как-то бороться.

Крионика и блокчейн

Мы, трансгуманисты, занимаемся продвижением новых технологий, продления жизни. Всё, что вы знаете по нанотехнологиям, мы сделали за 12 лет. Нанотехнологии мы продвигали, когда их здесь никто не знал. Искусственный интеллект. Опасность искусственного интеллекта. Технологическая сингулярность. Все это были футурологи, все это были наши темы, которые мы поднимали с 2003-го, 2005-го года. И соответственно, когда появился блокчейн, было все понятно, что идет цифровизация экономики, что деньги будут меняться.

Соответственно, развивается блокчейн и развивается. Параллельно развивается крионика. Крионика развивается очень тяжело. В рискованные вещи не вкладываются (хотя всем они нравятся). Хотя и Сколково интересовалось, интересовался Фонд перспективных исследований… Когда мы подали заявку, Министерство обороны сказало «нет, мы не можем вам дать, мы с вами раньше не работали, мы лучше дадим научно-исследовательским институтам, может, они, конечно, ничего не сделают, но зато по отчетам все будет хорошо».

Клиенты есть, денег нету, на все сил не хватает. Стас ездит туда-обратно на конференции, про ICO рассказывает, и вот в какой-то момент решаю, что надо делать ICO. Мы решили так: если есть такая уникальная возможность получить финансирование, то надо это сделать. Почему мы должны сначала делать российское хранилище, потом швейцарское, через десять лет эксперименты, если при получении большого финансирования мы можем сделать это все сразу?

Крионика с блокчейном очень сильно связаны, как я считаю. Например, и там, и там есть концепт уникальности: уникальны цепочки блокчейна и уникален человек, которого мы крионируем. Концепт бесконечности – мы хотим, чтобы наши клиенты жили вечно, и блокчейн бесконечен. И есть, например, еще такая концепция: вот как, например, оживить мозг человека, который был крионирован до момента обратимой заморозки мозга? Можно разработать, которая будет оцифровывать мозг. Так уже делали на одной выставке, только они не выращивали тело, а делали механическое, а мозг поставили от Филиппа Дика, писателя, внедрили все, что он написал, он там общался с народом, и так далее. И тогда получается, что люди могут быть оцифрованы, внесены в компьютер, естественно, в блокчейне, а то могут нарушить закономерности как-то, изменить их личность и так далее… Есть очень близкая такая связь оцифровки Вселенной, оцифровки людей. И поэтому оно связалось, само по себе.

Использование финансирования

Потратим и на криохранилище, и на исследования – сколько соберём. Потому что существующая поэтапность – искусственная, из-за нехватки денег.

Криохранилище, антивозрастной центр (мы большие специалисты по борьбе со старением), с паллиативным центром, потому что они сейчас востребованы, могли бы дать быструю отдачу. И хотелось бы начинать научные исследования, потому что обратимая заморозка органов близка. И если мы интенсивно начнем, мы захватим этот рынок. А это огромный рынок технологий для хранения донорских органов (проблема донорских органов в том, что они хранятся 6-8 часов – не успевают довезти). Если бы мы так сделали банки либо выращенных органов, либо донорских –излечиваемость была бы огромная. Точно так же людей можно было бы омолаживать. Есть люди, которые не просто от одряхления умирают, а конкретно от одряхления одного органа (печень состарилась, мог бы еще тридцать лет жить). А дальше уже крионирование отдельных органов, криозаморозка (криоконсервация).

Трансгуманизм и сверхгуманизм

Человек должен стать сверхчеловеком, как некоторые говорят, в виде совмещенного интеллекта – люди переселяются в компьютер и сами себя развивают и перепрограммируют. Да, это так. Но какое-то время нынешняя фаза еще продлится. Люди хотят пока что жить. Мы сверхгуманисты. Я хочу жить. Пожалуйста.

Дэн Браун писал про трансгуманизм в «Инферно». Трансгуманисты боялись перенаселения и выпустили, вирус, чтобы каждый третий был бесплоден. Население начинает снижаться, человечество входит в другую фазу и начинаются проблемы. А фильме сделали так, что у них не получилось. То есть, непонятно, персонажи герои или нет: они спасли людей от вируса, но дальше они плодятся и вообще-то начинаются проблемы. Прикрыли трансгуманистическую часть, спрятали.

Лаборатория и эксперименты

Лаборатория у нас в Воронеже находится. У нас, у «Крионики», спонсоров практически нету. Мы сами с нуля начали, понемножку выживаем, поэтому медленный рост, вот так вот вышло. А в Америке давно уже крионика и у них появились большие спонсоры.

Что мы умеем: ну вот, например, крыса. Сливается кровь у крысы, по специальной технологии, там всякие энцефалографы – всё как положено, сливается кровь, она засыпает, и снижается температура до +2 градусов. В таком состоянии крыса может практически мёртвой два с половиной часа лежать, потом ее нагревают, вкачивают кровь, и крыса живёт! Сейчас по такой технологии в Питтсбурге делают клинические исследования на людях, чтобы успевать перевозить тяжело травмированных людей при низкой температуре.

Гранты vs. ICO

Почему не гранты? Они «привязывают» людей к какой-то теме, потому что дают на ту тему, которая у тебя бы получилась, И человек все время сидит на месте. А попробуй слезть с гранта, если там деньги. Неохота. На новое стараются не давать. Считается, что если маленькая, узкая тема – её можно бесконечно изучать. Если ты там удачно крионировал икру рыбки – тебе с удовольствием дадут грант на икру соседней рыбки. А на что-то новое – нет. То есть вот так вот устроена наука. Поэтому нам так подходит ICO.

Обеспечение токенов

Первая модель – утилитарный токен, на приобретение разных товаров. Это имиджевый ход: компания предоставляет услугу по приобретению токена – раз, во-вторых, по приобретению криосохранения – два, в-третьих, услугу сохранения «нейрооцифровка» и четвертое – можно, например, отправить твое тело в космос, то есть такой вот супер-VIP-пакет.

И их можно купить как за фиат, так и за токены, с той разницей, что любая оплата в токенах будет обходиться на 10-20% дешевле. То есть, спрос на бирже будет обусловлен тем, что за фиатные деньги будет выше стоимость

Плюс мы сейчас думаем о том, что сделать дивидендную выплату, создать утилити-токен, за который можно будет покупать пай в обычной фиатной структуре, ты покупаешь просто фиатный пай, а фиатный пай накидывается вот этот вот обратный выкуп, но здесь он будет не обратным выкупом, а просто в резервный фонд часть прибыли будет аккумулироваться. И эти паи будут вырастать в стоимости.

На бирже это будет отражаться, люди будут понимать, что в этом фонде пай сейчас стоит столько, но пай ты можешь купить только исходя их того, есть ли у тебя токен или нет. При этом токен не говорит о том, что ты владеешь паем. Потому что некоторым людям не нужна эта доходность. Они просто хотят купить токены и сразу же отдать их нам и получить услугу. То есть когда они отдают нам токены свои, они получают документы о том, что они купили у нас какую-то услугу.

Будет от 5% до 30%. Это резервный фонд, для компании, либо для того чтобы поддерживать ликвидность на бирже, чтобы токен не падал вниз, либо чтобы поддерживать в критичной ситуации вот эту вот компанию.

Либо инвесторам сказать, что вы не имеете права продавать в течение года, и это в принципе вполне возможно для этой компании, потому что те, кто купил криосохранение, им и не надо продавать. Они нам их отдают!

Можно также делать спецпредложения. Представьте, что в нас входит фонд по развитию медицины, например, Великобритании! И он выкупает у нас криосохранение для своих пациентов по суперзаниженной скидке, оптом. Выкупает тысячу мест.

Скорее всего, спекулянтов будет не так много. Если мы будем подключать именно инвестиционные фонды, работать именно с теми, кому интересна именно сама услуга.

А если на ICO пойдем, многие люди, у которых небольшие доходы, захотят «нажать кнопочку». Компания у нас реальная, реально развивающая, Для некоторых это, наверное, будет вкусно. Я думаю, основную капитализацию составят люди, которые будут покупать именно пакеты по криосохранению. А спекулянты… Ну, я думаю, 5 миллионов долларов мы на них соберем.






Новости по теме

{related-news}

  • winkwinkedsmileam
    belayfeelfellowlaughing
    lollovenorecourse
    requestsadtonguewassat
    cryingwhatbullyangry